|
*
В тишайшем городке с печальной лужей
на площади, где памятник тирану
с протянутой рукой свалил бы в лучший,
но лучший мир теперь не по карману,
в старинном городке, где звон бидона,
и штукатурка шелестит от ветра -
"Вы, что же, прима?" - "Нет, скорее Дона,
которая на сцене овдовела".
Покойника, обутого в штиблеты,
по улице заносят в рай ногами:
"Послушайте, вы верите в приметы?"
"Я верю, но не слишком понимаю.."
Трехцветный хлястик плещется на шпиле,
петляет речка, заключая в скобки:
"Ну как вам наш спектакль?" - "Вы забыли,
что мы на "ты" - "Уж очень он короткий".
"Три до театра, восемь до вокзала.
Тебе пора, иди" - "Я не успею".
А после, завернувшись в одеяло,
всю ночь смотрела мне куда-то в шею.
И розовело облако в окошке,
совсем как на картине у Сезанна,
была герань и, кажется, две кошки.
А вечером играла Дону Анну.
И что в дверях она ему сказала?
свой номер телефона? время дня?
Три до театра, восемь до вокзала.
И шепотом: "Не забывай меня".
.
|